burlaki_yhmb

Каталя Сычева, работавшего в доменном цехе Сталинских госзаводов всего десять дней, уже не раз предупреждали, что надо быть осторожным. А когда рабочие с эстакад увидели, что неопытный парень, сорвавшись с места, слишком сильно дернул за собой тачку, нагруженную доверху красной рудой, ему крикнули, но было уже поздно.

У поворота, за старыми эстакадами, Сычев не сообразил сделать того, чем еще можно было бы задержать ход тачки, и его придавило.

Товарищи Сычеву помогли подняться и повели в перевязочный пункт доменного цеха.

Такие случаи нередки.         

Старые, давно работающие на доменных печах катали знают, как и когда нужно тянуть за собой тачку, знают, что если тачка быстро разошлась, ее сразу можно остановить ее же собственной тяжестью, надо быстро бросить ручки вниз и отойти в сторону. Это так просто.

Наклонный автоматический подъемник доменной печи No.1

Наклонный автоматический подъемник доменной печи No.1

Но в цеху много новичков. Это безземельная крестьянская молодежь, приехавшая на летние заработки и раньше на таких работах никогда не бывавшая. Им при поступлении товарищи по работе рассказывают, как надо обращаться с тачкой, но от того ли, что молодость самоуверенна или что оглушительный рев воздуходувных машин во время продувки печей заставляет отвлечь внимание, уроки забываются.

Над всем доменным двориком проложены высокие эстакады. Под эстакады один за другим, в затылок, под'езжают к погрузке покрытые бурой пылью катали с тачками — вагонетками.

Сталино. Конец рабочего дня

Сталино. Конец рабочего дня

У эстакад известкового камня и руды

У эстакад известкового камня и руды

Порожняя тачка весит около 15 пудов. Балластной лопатой нагружается тачка до половины, на «глаз», так, чтобы руды было 35-40 пудов. Крупные куски руды кидаются в тачку руками, мелочь, пыль — быстрой, ловкой лопатой.

Сверху сильно парит летнее солнце; внизу, под ногами, раскаленные чугунные плиты, кругом жаром дышащие домны, кауперы; спины быстро покрываются потом, струйки пота текут по лицу, шее, по спине, сыплется рудяная пыль в уши, в нос, в глаза. В горле быстро пересыхает.

Берется каталь за ручки тачки, и тянет ее на веса.

Отвешенные порции руды ссыпаются каталями в яму нод'емника.

Когда печь загружена, катали отходят в сторону, садятся в тени, в холодок, завтракают, курят, перетягивают сбившуюся в сторону портянку, переобувают пеньковые чуни, вытряхивая из них пыль руды, протирая глаза.

А потом надо снова итти на эстакады, надо снова браться за лопаты, снова грузить тачки, готовить новую «подачу» к очередной загрузке-завалке печи.

У каждого каталя подмышкой прикре пленный, записанный

на него «инструмент» — балластная лопата. У каждого своя облюбованная тачка. Корявыми цифрами выводит каталь на ней мелом свой личный номер для того, чтобы «его» тачку никто другой не взял, для того, чтобы свою тачку можно было найти в общей куче.

За свою не всякому под силу работу каталь в месяц зарабатывает от 50 до 80 рублей. Кто давно работает каталем, кто свыкся с этой работой, не всегда охотно согласится переменить ее на другую, более легкую работу. Меняют работу не часто, да и кроме того на домнах почти что нет легкой работы. Вся работа тяжела, требует навыка, практики и охоты.

Труд каталей со временем будет сведен на-нет. С постройкой новых машин, новых мощных эстакад, когда будут сделаны железные закрома, когда под закрома будут подходить «бункера» на 100—150 пудов, труд каталя, тяжелый труд грузчика, отпадет и будет заменен «бездушным» бункером. Это вопрос 2—3 лет.

  • Автор: П. Порываев
  • Источник: журнал Экран, 1926 год, №7.


  • (will not be published)

Подписаться на комментарии