ispolk_thumb

Дом советов, «обком» и, наконец, сегодня Ворошиловский райисполком такие имена носило и носит здание, ставшее началом построения композиции центральной площади города Донецка. В нем побывало множество самых известных людей бывшего Советского Союза и сотни тысяч дончан и жителей нашей области, которые приходили сюда добиться правды или решить у власти какую-либо свою проблему.

Собрать всю власть в одном месте

Свой Дом советов должен был иметь каждый более-менее крупный город в Советском Союзе. По тогдашним требованиям он должен быть одним из самых видных зданий (естественно не такой как помпезный как строили в Москве) и находиться в самом центре города, олицетворяя мощь и несокрушимость советской власти.

Изначально здание по современному адресу — улица Артема, 74 в Ворошиловском районе города Донецка — не предназначалось для областной партийной и исполнительной власти. В конце 20-х годов прошлого столетия там планировали разместить отделы Сталинского окружного исполкома советов рабочих, крестьянских депутатов. Ведь все властные учреждения в бывшей Юзовке (затем Сталин) были расположены в разных местах города. Вот их и решили объединить в одном месте.
В документах переписки с окружной плановой комиссией по вопросам строительста Дома советов в Сталино (Государственный архив Донецкой области, Ф-Р279, оп.1, д.129 на 95 листах) мы узнаем сегодня некоторые подробности задумки создания здания для окружной власти у нас в городе.

По всем историческим справочникам о Донецке и на страничке в «Википедии» проходит информация о том, что в 1929 году в Сталино было уже построено здание Дома советов. Однако это на самом деле совсем не так. Оказывается, что в это время только обсуждали его строительство.

В своем письме от 18 февраля 1928 года на имя председателя окружисполкома Бойко зав. окрфинотделом Кононов и секретарь президиума окружисполкома Яковлев написали следующее: «Неоднократно обсуждая вопрос о тех неудобствах, которые испытывают окружные отделы исполкома, будучи территориально разбросаны по городу, что ведет к удорожанию и осложнению работы аппарата, многие товарищи приходят к выводу о необходимости сооружения Дома советов». При этом отмечалось, что сооружение такого административного здания «во многом облегчит жилищный кризис (жилья для всех в городе Сталино не хватало во все времена — Прим. автора) в связи с освобождением ряда домов, ныне занимаемых учреждениями». Но для всего этого необходимо было получить разрешение на самом высоком уровне — в Москве. Предложение о необходимости такой стройки сделал председатель окрисполкома Николай Шкадинов во время посещения города Сталино в конце 1927 года тогдашнего зам. председателя Совета народных комиссаров СССР Серго Орджоникидзе.

После получения такого разрешения из Центра 26 июня 1928 года на заседании президиума Сталинского окружного исполкома обсуждали вопрос «О строительстве Дома советов» (ГАДО, Ф-Р279, оп.1, д.129, л.7). Все согласились, что строить такое здание необходимо и было поручено Окрплану проработать вопрос о кубатуре Дома советов таким образом, чтобы цена стройки не превышала 1 млн. руб. Тогда запланировали возвести здание в течении двух лет и было определено конкретное место для будущего центра власти в Сталино. «Площадь под новый дом занять по 1-й линии в районе конного двора», — говорилось в решении окружного исполкома. Окружная власть отмечала, что «место пострйки Дома советов должно быть установлено в частности в центре развития будущего города, вблизи трамвайных путей, около Дома ребенка с расширением на территорию конного двора, который должен совершенно перенесен на новое место» (ГАДО, Ф-Р2, оп.1, д.174, л.114).

Через месяц уже были представлены первые наметки о создании Дворца советов и в них были внесены первые изменения (их потом вносили постоянно на всем протяжении строительства здания). В частности, записали, что зал заседаний должен вмещать в себя 600 человек и из планируемых больших кабинетов оставить только такой один. Было дано указание всем учреждениям окружисполкома просчитать необходимую для них площадь в будущем Доме советов. В архиве сохранились документы, где чиновники пишут сколько им надо места.

Вся эта предварительная подготовка длилась весь 1928 год, а 2 января 1929 года в Совет народных комиссаров УССР в Харьков была отправлена докладная записка от нашего окружисполкома. «Помещения, занятые отделами Сталинского окружного исполнительного комитета размещены в настоящий момент в разных пунктах города Сталино, причем имеются такие случаи когда одно учреждение, или отдел располагаются в двух-трех местах. Все указанные помещения представляют собой обычные дома жилищного типа — совсем неприспособленные для учреждения. Некоторые служебные помещения находятся в подвалах, торговых помещениях или в проходных коридорах… Вполне понятно, что в таких условиях затраты на содержание учреждений: отопление, водоснабжение, телефон, обслуживание и т. д. значительно выше обычных норм, но главное неудобство территориальной разрозненности этих помещений в том, что тратится масса рабочего времени ответсвенных работников и служащих на связь одного учреждения с другим.

Дом советов, фото 1938 г.

Дом советов, фото 1938 г.

Как выход с такого положения может быть только строительство в г. Сталине специального помещения — Дома советов…», — отмечалось в ней. Там же приведены и первые требования к зданию. Про стоимость строительства в 1 млн. рублей мы уже говорили выше. Также окружные чиновники хотели, чтобы общая кубатура 3-х этажного Дома советов была ориентировочно 41 тыс. кубометров при стоимости в 24 руб. за 1 куб. с расчетом потребности на одного чиновника в 10 кв. метров. Там планировали залы заседаний на 200 и 100 человек, а также наличие двух залов вместимостью на 50 человек. К примеру, кабинет председателя окрисполкома должен был быть в 33 кв.м, а для двух его замов запланировали кабинеты по 20 кв. м.

В Доме советов должны были разместиться: окружисполком, архивное управление, окрземотдел, окрнаробразование, окргосоцхоз, собес, управление окружного инженера, окрплан, окраздравотдел, окрпартком, админотдел (без милиции), окрфинотдел, окрстатбюро и еще несколько учреждений. Постройка Дома советов позволяло освободить в городе Сталине 5,627 кв. метров жилой площади, что с учетом тогда существовавшей нормы жилья на одного человека в 4,4 кв. м, давало возможность дополнительно расселить в городе 1280 человек населения. При этом приводились расчеты, что экономия в содержании учреждений составит около 10 тыс. рублей в год.

Окружная власть просила у украинского правительства взять кредит на 3 года в Центральном крестьянском банке для создания специального муниципального жилищного фонда в 600 тыс. рублей, а остальные 400 тыс. рублей обещали найти в местном бюджете. Тогда в Харьков были представлены 3 варианта (в зависимости от вместимости зала заседаний) финансовой сметы будущей стройки.

Долго ли или коротко размышляли в СНК УССР над этим вопросом мы сегодня точно не знаем. Однако из документов видим, что дело по-тихоньку начало сдвигаться с места.

Всесоюзный конкурс на постройку Дома советов в Сталино

Выясняется, что первыми проект будущего Дома советов в Сталино разрабатывали известные харьковские архитекторы. Их работу обсуждали на заседании президиума окружисполкома 21 сентября 1929 года (ГАДО, Ф-Р279, оп.1, д.129, л.22). Однако там константировали факт, что «в процессе изучения и ознакомления с проектами Дома советов, представленными группами харьковских архитекторов Григорьева, Малоземова и Штейнберга, оказалось, что эти проекты не в полной мере удовлетворяют требованиям Дома советов в большом промышленном городе».

Хотя зодчие из тогдашней украинской столицы Сергей Викторович Григорьев, Иван Иванович Малоземов, Яков Аронович Штейнберг были опытными и известными. Надо отметить, что никто из современных историков Донецка рисунков их проектов не видел, поэтому и судить об архитектурной красоте того Дома советов очень сложно. Им было тогда выплачено 2 тыс. рублей за их разработки, а окружисполком объявил открытый конкурс на проектирование Дома советов в Сталино. «Настаивать о привлечении к участию не только архитекторов Харькова, но и других значительных центров СССР: Киева, Ленинграда, Москвы, Одессы и т.д.», — отмечалось в решении президиума окружисполкома.

51. Дом Советов и стоянка автомобилей.

Дом Советов в Сталино и стоянка автомобилей

В фондах Госархива Донецкой области сохранились условия этого всесоюзного архитектурного конкурса, объявленного в октябре 1929 года. «Этот конкурс является первым, и, несомненно, одним из значительных событий в архитектурной жизни города Сталина», — отмечалось в одном официальном документе. Организаторы этого мероприятия надеялись, что привлекут в число соревнующихся молодых специалистов советских вузов. «Среди которых, как показывают многочисленные факты, есть много очень талантливых и вдумчивых архитекторов. Кроме того вовлечение молодняка для участия в конкурсах послужит лучшим и вернейшим способом выдвижения и поднятия квалификации новых кадров молодых советских архитекторов, проводящих в жизнь требования современного строительства и борющихся с казенным пониманием современной архитектуры и заплесневшей реакционной рутиностью в области архитектурного строительства», — считали наши окружные чиновники.

К большому сожалению, нет чертежей его участников. Может быть они хранятся где-то в архивах Харькова или Киева, а может быть, и Москвы. Поэтому простор для научного поиска для историков Донецкой области остается большим. Мы же расскажем о текстовой части сохранившихся документов.

137587702533994

В основных положениях конкурса архитекторов просили учесть следующие моменты(ГАДО, Р-131, оп.1, д.755 на 13 листах):

  • главный фасад здания выходит на главную улицу города;
  • разбивку цветников и устройство зеленых насаждений перед зданием со стороны всех фасадов;
  • устройство балконов, трибуны в центральной части главного фасада для митинговых выступлений;
  • имеющийся уклон местности, направление сторон света и преобладающих ветров.

Здание должно было быть железо-бетонной каркасной системы со шлаковым заполнением. По условиям в Доме советов должно было быть центральное отопление с приточной вентиляцией, центральный водопровод, канализация и электроосветительная сеть. Высота помещений на 1-3 этажах планировалась в 3,6 м, а в цокольном этаже — 3 м. Проекты от архитекторов со всего Советского Союза должны были быть предоставлены до 29 декабря 1929 года. За относительно лучшие проекты строительным комитетом по постановлению жюри конкурса зодчим могли быть выданы премии: за 1-е место — 3,5 тыс. руб., 2-я премия — 2,5 тыс. руб., 3-я премия — 1,5 тыс. рублей. Также строительный комитет мог приобрести документацию еще на один понравившейся им проект за 1 тыс. рублей.
Вчерне сооружение Дома советов первоначально планировалось завершить в 1930 году, а окончательно открыть — в 1931 году.

Первую премию получил проект под загадочным названием «Злой Маврысь»

«Горячими» для жюри конкурса выдались предновогодние деньки 29 и 30 декабря 1929 года. Целых два дня они обсуждали и выбирали проекты Дома советов (ГАДО, Ф-Р2, оп.1, д.539, лл. 96-103). Среди присутсвовавших на тех заседаниях, кроме чиновников местного уровня, был и профессор Киевского архитектурного института Павел Федотович Алешин. Однако в Сталино не доехали по неизвестным сегодня причинам приглашенные от Московского архитектурного общества Иван Васильевич Рыльский и от Ленинградского архитектурного общества Подбергский (эта фамилия может быть искажена, т.к.в документе она очень плохо напечатана — Прим. автора).

Глава жюри Зайцев сообщил, что к ним поступило 7 проектов будущего Дома советов в Сталино под следующими девизами: «13», «Злой Маврысь», «Д», «5», «6», «Индустрия Сибири», «Необходимо понять на деле пролетарскую идеологию» (ну и названьице!!!!). Упоминается еще об ожидании еще одного проекта из Астрахани, но неизвестно дошел он или нет. Сразу отбросили «Индустрию Сибири», т. к. тамошние архитекторы превысили кубатуру здания, тем самым не выполнив одно из условий конкурсного задания. Долго там шло обсуждение, высказывались разные мнения.

В этой статье мы лишь приведем оценку проектов профессионалом — профессором Павлом Алешиным. Он отметил всего лишь четыре проекта — «Злой Маврысь», «Д», «5» и «6». Известный зодчий дал характеристику каждого из них, указав на преимущества и недостатки. В основном они касались создания лестниц и коридоров в здании, а также освещенности.

Главная борьба развернулась между проектами «Д» и «Злой Маврысь»

В конце второго дня обсуждений жюри архитектурного конкурса на постройку Дома советов в городе Сталино подвело его итоги. За присуждение 1-й премии проекту «Злой Маврысь» проголосавало 10 из 13 участников заседания. Второе место досталось проекту под девизом «Д», а третье было присуждено проекту «5». Кстати, эти проекты можно считать и прародителями будущей центральной площади современного города Донецка. В «Злом Маврысе» был удачно разрешен «вопрос создания площадей вокруг здания». А по проекту «5» ктому же предусматривалось воздвигнуть памятник на новой площади. Ну, чем вам не площадь Ленина? Надо сказать еще, что во всех проектах-лидерах было предусмотрено сохранить до конца постройки Дома советов одно из самых красивых зданий Юзовки — дом бывшего архитектора и городского головы при белых Богомолова. Оно здание находилось рядом с будущей стройкой. Но затем этот особняк все же был снесен.

К сожалению, мы сегодня из-за отстутствия документов не можем расшифровать эти загадочные названия всех представленных проектов. Пока остается только гадать, кто же такой тот же «Злой Маврысь»? А проект «Д» можно только предполагать был назван так из-за того, что их Дом советов как-бы образовывал своей архитектурой эту букву русского алфавита.

Вскрытие девизных проектов жюри конкурса сделало 3 января 1930 года. И здесь снова загадка! Мы сегодня также не знаем имен и фамилий всех архитекторов, приславших свои проекты в Сталино.

Несмотря на то, что первая премия конкурса была присуждена проекту «Злой Маврысь», но строить Дом советов окрисполком решил по проекту «Д» из-за его простоты и ясности. Из сохранившейся докладной записки на имя зам. председателя окрисполкома Гордона становится известно, что «принят к постройке получивший 2-ю премию и спроектированный местным ПроектБюро» (ГАДО, Ф-Р2, оп.1, д.539, л.116). Заведовал тогда Окрпректбюро инженер-архитектор Афанасьев. Кстати, согласно этого проекта также предполагалось строительство памятника, «высокопоставленного на отдельно стоящем углу улиц киоске, соединенного со зданием галереями, образуя трибуну для выступления». При этом указывалось и на недостатки. К примеру, что «библиотека расположена не совсем удачно — в углу за большим залом исполкома. Для машинного бюро отведено слишком почетное место — перед входом в помещении исполкома, на главной артерии».

Составлением проектной документации для Дома советов занимались практически все работники Окрпроектбюро. Даже по просьбе руководства округа в июне 1930 года вернули к этой работе мобилизованных на село для колхозного строительства архитектора Бунимовича и конструктора Шпилевого. Всех специалистов разбили на несколько бригад, которые и отдельно занимались разработкой документации по частям. К примеру, план разбивки котлована под здание должен был сдан к 15 марта 1930 года, а расчеты и проекты установки отопления, водоснабжения и канализации — к 1 мая того года.

Одной из групп архитекторов, разрабатывавших рабочие чертежи на изготовление фундамента, а также разрезы цокольного и первого и второго этажей, руководил Людвиг Иванович Котовский. Он по всем нашим справочникам как раз и числится единственным автором проекта Дома советов в Сталино. Как видим, выясняется, что это не совсем так! Ведь второй группой архитекторов Окрпроектбюро по разработке рабочих чертежей железо-бетонной конструкции Дома советов руководил конструктор Шпилевой и в документах еще указывается фамилия конструктора Федотова.

Строительство было сложным

Окончательный проект постройки Дома советов в Сталино был утвержден в Харькове в феврале 1930 года. Затем начался непросредственно сам процесс возведения здания. Занималась им Сталинская контора «Индустроя» во главе с начальником работ Переверткиным и прорабом Строгим. Процесс шел очень сложно. К пример, 9 февраля 1930 года пришлось проводить специальное совещание по поводу выбора конструкции для Дома советов (ГАДО, Ф-Р2, оп.1, д.539, л.108). Ведь выяснилось, что «грунт под предполагаемой постройкой Дома советов зыбкий, о чем свидетельствуют геологически е данные и трещины на противоположных домах». К тому же тогда, была идея неподалеку Сенного базара ввести в эксплуатацию новую угольную шахту — Ново-заводскую. Поэтому посчитали, что самым лучшим фундаментом для здания будет так называемая «единая подушка» с каменным наполнением (местный песчаник), а само здание — железо-бетонное каркасное с заполнением легким кирпичем в больших проемах, а в малых — бетоном.

Осложняла ситуацию постоянная нехватка стройматериалов. В областном архиве сохранились десятки телеграмм из окрисполкома на различные предприятия с настоятельной просьбой и требованиями поставить кирпич, арматурное железо и т. д. Так, к примеру, в августе 1930 года они требовали в металскладе отпустить им один вагон круглого железа. «Остутствие в настоящий момент железа грозит срывом постройки и приостановке работ на Доме советов», — такими словами завершали тогда своими письма зам. предокрисполкома Черноморченко и секретарь Руссов. Кирпич поставлялся с Семеновского кирпичного завода, а вот паркет и плинтуса заказывали на Тростянецкой фабрике.

К сожалению, мы точно не знаем дату, когда прошло торжественое открытие Дома советов в Сталино. Исходя из вышеперечисленной информации уж точно не в 1929 году! Известно только, что внутренная художественная роспись здания не была еще окончена в конце апреля 1932 года.



4 Комментарии

  • Юзовский
    Юзовский

    «Кирпич поставлялся с Семеновского кирпичного завода». Это с какого, такого завода? Часом не с того, где сейчас отель «Виктория»?

  • Dedushka
    Dedushka

    …предокрисполкома Черноморченко…

    Именно эта коммунистическая гнида виновна во всех случаях закрытия церквей Донецкой области. После ВОВ Черноморченко был назначен Уполномоченным Сталинской области по делам религий. Перед ним в первую очередь стояла задача отнять назад помещения церковных общин, которые были возвращены немцами прихожанам, как отобранные советской властью под клубы в 1920-30-х гг., и он с ней справился блестяще. В ГАДО есть целых 2 тома одного дела, где в собраны документы по закрытию приходов во всей области, причём каждый том листов по 200. Каждому приходу посвящены 1-5 листов. Во всех случаях приходы закрывались по ходатайству этого коммуняцкого подонка Черноморченко.

    • Алексей Федько
      Алексей Федько

      вы правы, виновные должны быть названы поименно. Но, и нельзя не говорить о том, что Черноморченко — этоо лишь винтик в репрессивной системе. Если бы не было егно, его место занял бы любой из огромной очереди тех,  кто хотели оказаться на его месте

Войдите, чтобы оставить комментарий