Дворянский род Карповых был известен в Екатеринославской губернии. Карповы участвовали в общественной жизни Бахмутского уезда, Виктор Иванович Карпов был членом Государственного Совета, Константин Иванович и Петр Александрович неоднократно избирались уездными предводителями дворянства. Именно Петр Александрович организовал Вознесенский рудник вблизи станции Мандрыкино.

Основатель рода Карповых — Федор Карпов (1674–1719), сын которого, Иван (1703–1754), в 12 лет был причислен к Преображенскому полку. Его внук, Максим Алексеевич (1747–1798), вместе со светлейшим князем Потемкиным участвовал в военных баталиях и был пожалован в 1787–1788 годах землями в Бахмутском уезде. С ним на новые земли вместе с семьями пришли и воевавшие под его командой солдаты.

Сын Максима Алексеевича, Алексей (1775–1839), женился на единственной внучке русского министра при Грузинском дворе Петра Ивановича Коваленского. Петр Иванович был послан в отставку императором Павлом I и обласкан Александром I, даровавшим ему земли в Новороссии.

Алексей Максимович Карпов и Любовь Никитична Котляревская (внучка П. Коваленского) купили у двух братьев последней их доли наследства, так как прельщало столичных денди не земледелие на юге, а карьера по судебному ведомству в Санкт-Петербурге. К имевшемуся имению Алексеевка прибавилась Карповка. Центром стала Алексеевка, где построили большой каменный дом. Дом в Карповке выглядел скромнее и был крыт соломой, что характерно для южного региона Российской империи первой половины XIX века.

У них было три внука: Иван Александрович (1830–1879), Александр Александрович (р. 1832) и Петр Александрович (1838–1903). Старший сын, Иван, воспитывался как управляющий отцовскими землями. Он женился на соседке по имению Софье Викторовне Жуковской — единственной наследнице, принесшей мужу в виде приданого имение Софиевка (Красногоровская волость). Два других брата — Александр и Петр были отданы в юнкерское училище и продолжили службу в Преображенском полку.

Иван Александрович пустился в дикую расточительность. Существовавший в имении Софиевка дом был ему мал. Он нанял итальянского архитектора для планировки более монументального жилища. Известный немецкий садовник должен был изменить пейзаж вокруг — создать большой парк возле дома. Садовник показал ему возможные варианты решения этого вопроса. В каждом присутствовал пруд и лодочная станция. Небольшая речушка Лозовая была перегорожена ниже по течению и выкопан внушительный котлован для запруды. Но деньги иссякали. За все нужно было платить, в том числе за пристрастие к картам. Иван Карпов стал требовать от жены заложить имение. Жена возражала. Несколько месяцев прошли в ожесточенных спорах. В конце концов Иван Александрович подал на развод. По законам Российской империи муж имел право на всю собственность жены за исключением недвижимости. Их дома было вывезено всё: от мебели до домашних животных, остались только голые стены. Дядя Софьи Викторовны взял ведение бракоразводного процесса на себя. Был найден компромисс и мать сама блестяще воспитала своих детей: Виктор Иванович стал членом Государственного Совета, Константин Иванович — уездным предводителем дворянства.

Брат Ивана, Александр, служа в Гвардейском Преображенском полку, все свои деньги тратил на женщин, вино и цыган. Влюбившись в опереточную певичку Клеопатру Николаевну, он потерял голову. Жениться и немедленно! Никакие аргументы не могли поколебать его решения. Собрание офицеров полка потребовало его отставки, как человека, позорящего честь мундира.

Младший брат, Петр, тоже подал рапорт об отставке, из солидарности. Родился П.А. Карпов в селе Алексеевка Голициновской волости в 1838 году. В отрочестве его отдали учиться в Первый Московский кадетский корпус. Полный курс обучения был рассчитан на 8 лет: 2 класса подготовительных, 4 общих и 2 специальных. В подготовительном классе изучали Закон Божий, русский, французский, немецкий языки, русскую словесность, начальный курс арифметики, чистописание и рисование. Когда Петр перешел в общие классы, добавились история (русская, всеобщая и естественная), алгебра, геометрия, тригонометрия, механика, физика, химия, география, законоведение, статистика. В последних двух специальных классах изучались артиллерия, военная топография, гимнастика, фехтование и танцы. На протяжении всех лет обучения обязательной была строевая подготовка. День кадета Карпова начинался в 5–30, заканчивался в 21–30. С 8–00 до 11–00 и с 15–00 до 18–00 были лекции, с обязательными 15 минутными перерывами после каждого лекционного часа, во время которых слушателям вменялась в обязанность прогулка на свежем воздухе, невзирая на погоду. Для общей оценки учащихся была введена 12-бальная система. В кадетском корпусе был один день в неделю, когда кадеты должны были разговаривать между собой по-французски или по-немецки.

По окончании курса обучения в 1856 году прапорщик Карпов поступил на службу в лейб-гвардии Преображенский полк. Через два года он был направлен в Николаевскую академию генерального штаба, которую окончил в 1860 году по первому разряду. Все, окончившие Академию с отличием, причислялись к Генеральному штабу. Петр Александрович в 1861 году произведен в подпоручики, а в следующем году переведен в Генеральный штаб со званием поручика и в том же году произведен в штабс-капитаны. В 1865 году Карпов представлен к награде орденом святого Станислава 3-й степени и в том же году пошел в отставку с формулировкой «по домашним обстоятельствам».

Бабушка трех братьев, Любовь Никитична, одновременно бывшая и крёстной Петра, была поражена таким самоотверженным поступком: чтобы морально поддержать брата Александра, Петр пожертвовал успешной военной карьерой.

По возможности Любовь Никитична старалась приобретать земли в округе. Трудовое она купила у жены коллежского секретаря, Елизаветы Григорьевны Мизко. Пригодится. Своею волею она выделила из общего состояния долю Петра Александровича с условием, что наследовать недвижимость может только женская половина его будущего семейства, сыновьям предусматривалась компенсация. Петру Александровичу досталось имение Трудовое и земли вокруг. Александру Александровичу достались земли рядом. Влюбленность прошла, настали будни, они расстались с женой. Клеопатра Николаевна спустя некоторое время появилась в Бахмутском уезде с пожилым вдовцом. Пожилой муж вскорости умер от инфаркта и все благосостояние перешло к Клеопатре. От брака с Александром Александровичем Карповым у нее была дочь. Во время бегства от большевиков в 1920 году дочь Петра Александровича Карпова встретила внуков Клеопатры Николаевны в Константинополе. Сейчас их потомки живут в США.

Имение ТрудовоеИмение Трудовое

Петр Александрович Карпов был женат на дочери полковника Серебрякова — Софье Тимофеевне. Два их сына умерли во младенчестве. Сама Софья Тимофеевна умерла молодой, и воспитывать трех дочерей: Веру (р. 1877), Марию (р. 1880) и Софью (р. 1882) Петру Александровичу помогала ее сестра — Елизавета Тимофеевна.

Петр Александрович Карпов — 1Петр Александрович Карпов

В 1872 году в своем имении Трудовое Петр Александрович организовал винокуренный завод. Сам владелец через 12 лет определил стоимость завода в 16 200 рублей. Работал завод четыре месяца в году. Сбыт водки был налажен по всему Бахмутскому и Мариупольскому уездам. Выгоняли спирт из ржи и ячменя. Оставшаяся от перегонки барда шла на корм скоту, как в экономии Карпова, так и в окрестные села. Работало на заводе около 50 человек. Администрация завода состояла из винокура, получавшего 3 копейки с пуда (всего 900 рублей в год), помощника винокура, исполнявшего также обязанности бухгалтера, с жалованием 500 рублей в год и подвального, с жалованием 400 рублей в год.

По семейной легенде первый уголь привезли в телеге карповские крестьяне и Петр Александрович выдал им за это 100 рублей.

Недалеко от его имения производило разработки французское Горное и Промышленное Общество на юге России. Управляющий этим Обществом Александр Андреевич Ауэрбах — выдающийся горный инженер — общался с помещиком Карповым. Ауэрбах и высказал Карпову мысль, что на территории имения имеются залежи каменного угля. Дело в том, что научные воззрения того времени определяли границу залегания угля котловиной реки Кальмиус.

Карпов поддался на уговоры и в ноябре 1873 года был заложен первый шурф у северной границы имения. И сразу же удача! Через 13 саженей был встречен первый пласт угля в аршин толщиной и еще глубже — второй. На найденном пласте была заложена первая шахта. Уголь оказался пригодным для паровых котлов. Успех вдохновил помещика на дальнейшие поиски. Для ведения разведочных работ Карпов нанял инженера Тыдельского.

В 1875 году Ауэрбах посоветовал приобрести буровой инструмент, чтобы экономить крепежный лес при ведении разведки шурфами. В следующем году он же и возглавил буровые работы до момента своего отъезда в сентябре. Карпов, вникший в тонкости ведения буровых работ, перенес их к руслу речки Осыковой. Результаты оказались значительно лучше. В одной из скважин на глубине 17 саженей был встречен слой железной руды. Взяв образец, Карпов поехал с визитом к Джону Юзу. Осмотрев привезенный образец, Юз дал высокую характеристику железной руды, но узнав глубину, с которой он был извлечен, потерял всякий интерес.

А Карпов продолжал разведочные работы. По совету окружного инженера Таскина в 1879 году им был привлечен для работы горный инженер Стемпковский, составивший по результатам разведочных работ подробную карту. Карпов был доволен. Рядом проходила железная дорога, которая в 1881 году должна была быть продлена до Мариуполя, а это сулило сбыт угля в порты Черного моря.

Карта Трудовской и Михайловской дач с указанием разведанных пластов угляКарта Трудовской и Михайловской дач с указанием разведанных пластов угля

По совету все того же Ауэрбаха Петр Александрович написал статью о своих разведочных работах в только что открывшийся «Южно-русский горный листок», которую закончил так: «… и меня будет утешать мысль, что затраты 7 лет труда и издержек не останутся бесплодными не только для интереса личного, но и научного, так как ими выясняется связь залегания пластов каменного угля в бассейнах рек Северского Донца и Днепра». На все работы было израсходовано 4 000 рублей.

Пришла пора закладывать капитальную шахту. Да вот беда — нет свободных денег. Взять кредит в банке? «Нет!» — ответил Петр Александрович. Снова на выручку пришел Ауэрбах. На Рутченковском руднике Горно-промышленного Общества на юге России был подрядчик Игнатий Прохорович Прохоров, который и согласился за свой счет организовать добычу угля, с уплатой за каждый пуд выданного на поверхность угля по 4 копейки. Чистая прибыль Карпова после продажи угля составила 3 копейки с пуда. Средства, полученные от реализации угля, он вкладывал в строительство капитальной шахты.

Управлял всем имением Карпова Григорий Маркович Бирнбаум. Именно он предложил производить оплату рабочей силы денежными суррогатами — бонами. Бирнбаум прибился к Карпову совсем молодым человеком, сделался главным бухгалтером и вел закупку оборудования для шахт.

Первоначально добытый уголь возили для погрузки на станцию Мандрыкино на быках и лошадях. В 1888 году от станции Мандрыкино отошли подъездные пути к шахтам Вознесенского рудника (так теперь стал называться рудник действительного статского советника П.А. Карпова).

Было куплено пять паровозов для вывозки добытого угля к станции погрузки, отстоящей от шахт на три версты. Но подъездные пути должны были пройти по земле, принадлежащей Дарье Васильевне Мандрикиной, которая отказалась дать согласие на прокладку железнодорожного полотна.

Для разрешения земельного спора была послана жалоба царю. На документе «Об отчуждении земли помещицы Мандрикиной, необходимой для устройства подъездного пути к ст. Мандрыкино» стоит резолюция Александра III:

1. Сделать нужные распоряжения к отчуждению сих 4 десятин 2,192 квадратных сажень из владений помещицы Мандрикиной и 2. В отношении вознаграждения владелицы за отходящую от нея собственность и предварительного занятия подлежащей отчуждению земли, поступить на основании статей 33, 34, 35 положения о подъездных путях к железным дорогам.

Вознесенский рудник интенсивно развивался. Согласно договора с крестьянами села Старо-Михайловки, Вознесенскому руднику принадлежало исключительное право разработки угля, находящегося в недрах надельной общественной земли на пространстве свыше 5 000 десятин. Добываемый уголь использовался для нужд флота, причем соотношение цена-качество было настолько приемлемым, что заказы на него поступали даже из Италии.

Рудник КарповаРудник Карпова

В это время на шахте № 18 появляется молодой выпускник Петербургского Горного института Михаил Викентьевич Вересаев. В течение двух с половиной лет он руководил проходкой и оборудованием шахты, способной давать 6 миллионов пудов годовой добычи — весьма масштабного для того времени уровня. Кроме шахтных дел молодой инженер занимался и постройкой подъездного пути к железнодорожной станции.

К нему на летние каникулы приезжает в 1890 году младший брат Викентий — студент медицинского факультета Дерптского университета, окончивший перед этим историко-филологический факультет Петербургского университета. Результатом поездки стала книга очерков «Подземное царство». «Скучные тут места! Безобразные здания шахт, ряды рабочих землянок, удушливый запах каменноугольного дыма, черная земля, черные дороги… На всем руднике ни одного деревца, ни одного кустика. Нет ни пруда, ручейка, кругом, докуда глаз хватает, разная выжженная степь», — писал студент Вересаев. Да и откуда было взяться здесь в степи дереву, если дерево использовали для просушки белья, привязывали к нему поросенка, теленка, даже случайно принявшееся растение, погибало.

В августе 1892 года Викентий получает от брата письмо с описанием происшедшего в Юзовке «холерного бунта» и сразу же приезжает на рудник. Для исключения пагубного влияния антисанитарных условий, он немедленно взялся наводить порядок. С помощью брата Михаилу Викеньевичу удалось уговорить администрацию рудника построить два приемных барака и возглавить артель по очистке и дезинфекции выгребных ям и отхожих мест поселка. Холера побеждена. В конце сентября Викентий Вересаев уехал с рудника. Через год ушел с рудника и Михаил в центральный аппарат правления Алексеевского горнопромышленного Общества для руководства разведочными работами в Бахмутском уезде и в районе Кривого Рога.

В. Вересаев оставил описание П.А. Карпова: «Владельцем рудника был местный Бахмутский предводитель дворянства, действительный статский советник П.А. Карпов. Благообразный старик с барским, холеным лицом, либеральный земец, любил говорить об общественном долге, о совести. Владел миллионным состоянием, но скуп был, как Плюшкин. На станции, если в кошельке не оказывалось гривенника, он жалел дать носильщику двугривенный и говорил: «Останется, братец, за мной». Жил верстах в десяти от рудника и приезжал на рудник в коляске с тройкою лошадей и кучером в бархатной безрукавке, с павлиньими перьями в круглой шляпе». Заведующим рудником был Л.Г. Рабинович, депутат Государственной Думы 2-го созыва, либеральный, высокообразованный человек, впоследствии работавший на Ирминском и Донецко-Грушевском рудниках, а во время Шахтинского дела 1928 года (председатель технического совещания при «Донугле») — один из обвиняемых. Рабинович настаивал, чтобы Карпов «за самоотверженную борьбу с холерой дал студенту Вересаеву наградные». Однако Карпов на это ответил решительным отказом, «зато преподнес мне длиннейшую бумагу, где в газетно-напыщенном стиле горячо восхвалялись многочисленные мои добродетели: энергия, молодое самоотвержение, умение работать, внушать к себе доверие населения и т.п. Говорилось, что благодаря исключительно этим моим моральным добродетелям холера на рудниках не развилась и была быстро ликвидирована. И подписано было «Действительный статский советник П.А. Карпов».

Петр Александрович Карпов — 2Петр Александрович Карпов

Вознесенский рудник к началу ХX века состоял из четырех угледобывающих и четырех вентиляционных шахт: шахта № 18, глубиною 140 сажен, шахта № 16, глубиною 80 сажен, шахта № 21, глубиною 206 сажен и шахта № 22, глубиною 230 сажен. Система разработки сплошным забоем. В 1909 году было добыто 37 759 000 пудов (618,5 тыс. тонн).

К этому же году количество рабочих достигло 3 500 человек. Был построен поселок с торговой площадью, почтово-телеграфным отделением, церковью, училищем с преподавательским составом из 20 человек, народным домом со зрительным залом на 400 человек и библиотекой для рабочих. Штат больницы состоял из врача, 4 фельдшеров и акушерки. Стационар был рассчитан на 40 человек, плюс отделение на 15 инфекционных больных.

Французы предлагали Карпову продать его рудник за 8 миллионов рублей, но он ответил отказом.

Завещал Карпов похоронить себя на холме, чтобы с одной стороны были видны шахты, с другой — имение Трудовое. Был сооружен склеп, где вначале и лежал усопший. Но через несколько дней у покойного украли часы и Вера Петровна распорядилась его здесь же и захоронить. Впоследствие могилу разрыли, тело извлекли (вероятнее всего эксгумацию произвели в первые годы Советской власти). Автору удалось найти людей указавших место захоронения Петра Александровича Карпова и рассказавших подробности захоронения. Очень большую помощь в поиске оказал безвременно ушедший В.Н.Санжаревский. Это место находится на окраине города возле отстойных ставков (в начале улицы Марка Озерного).

Место погребения Карпова — 1Место погребения Карпова

Место погребения Карпова — 2Место погребения Карпова

В конце небольшого повествования о семействе Карповых приведем справку о племянниках Петра Александровича — Константине Ивановиче и Викторе Ивановиче.

Константин Иванович Карпов — уездный предводитель дворянства. Родился в 1862 году. Окончил Санкт-Петербургское училище правоведения. Многократно избирался председателем уездной земской управы, начиная с 90-х годов XIX столетия. Так же, как и его жена, Тамара Прокофьевна, происходившая из Кубанских казаков, был попечителем ряда учебных заведений. Камергер двора Его Императорского Величества, действительный статский советник. В 1920 году оказался в Крыму, был избран в правительство генерала Врангеля в качестве управляющего госимениями Крыма. 30 октября того же года на французском эсминце с женой и детьми: Александром, Павлом и Натальей покинул родину. Оказался в Югославии, в городе Стрнище служил в канцелярии Кадетского корпуса.

Виктор Иванович Карпов за всю историю существования Бахмутского уезда занял, пожалуй, самую высокую должность в чиновничьей иерархической лестнице — члена Государственного Совета, тайного советника.

Родился Виктор Иванович 20 июня 1859 года. Как и младший брат, Константин, он окончил курс наук в Императорском училище правоведения и 26 мая 1881 года причислен к министерству юстиции с чином титулярного советника. Начинается его служебный рост. В 1884 году он — чиновник особых поручений VII класса, 22 мая этого же года произведен в коллежские асессоры. В 1885 году Бахмутским уездным земством избран почетным мировым судьей на три года. В 1893 году назначен в штат государственной канцелярии, затем старшим чиновником кодификационного отдела и в конце этого же года — помощником статс-секретаря Государственного Совета.

В 1896 году произведен в действительные статские советники. В 1907 году первый раз избран членом Государственного Совета. Последний раз избирался на заседании Государственного Совета 26 февраля 1916 года членом Особого Совещания по мероприятиям по обороне государства. В начале 1917 г. получил чин тайного советника. Был женат на дочери тайного советника Ольге Николаевне Граве. Дети: Всеволод (р. 26.03.1897 г.), Софья (р. 26.01.1889 г.), Ирина (р. 25.02.1892 г.), Евгения (р. 27.01.1899 г.), Любовь (р. 2.01.1901 г.). Жена Виктора Ивановича происходила из старинного французского семейства, помогавшего де Рибасу обосновывать Одессу. Сын, Всеволод, погиб в 1919 году в Крыму. Виктор Иванович с женой и дочерьми выбрался из России и обосновался в Париже. Умер в 1936 году.

  • Автор: Степкин В.П.
  • Фото из архива автора


2 Комментарии

  • Иван Иванович Карпов

    Я и не думал что у меня такие корни. т. к. я знаю что я истенный Карпов ведь моя фамилия не прерывается уже приблизительно 400 лет и живу Я на Донбассе. В се сходиться!

    Ответить Изменить
  • (will not be published)

Подписаться на комментарии