Pinters street

Сегодня мы публикуем последнюю часть материала, посвященного легендарному шахтеру Джону Пинтеру. Статья была переведена с английского языка и на русском публикуется впервые.

55 лет вместе

Что же произошло с остальными членами коммуны? Я услышал продолжение истории от вдовы Ивана, которая живет в Донецке, Марии Пинтер 74 лет. Эта украинская женщина немного пролила свет на то, что происходило более 50 лет назад.

«Американцы, которые приехали в Донбасс, привыкли работать в высоких выработках. А выработки в наших шахтах очень низкие. Так что привычка рубить уголь, стоя во весь рост сменилась необходимость работать практически на коленях. Они не могли справляться со своей работой и потому уехали.

Пинтер остался один, тем более, что он управлял врубмашиной, никто, кроме него, не мог это освоить, да еще и свадьба, он женился на мне.

В своей молодости он был настоящим спортсменом. Одним прекрасным днем, а точнее, вечером в 1923 году, я возвращалась одна домой с футбольного матча. Дорогу мне преградил какой-то молодой человек. Он был высок, красив и силе. Заговорил он со мной на русском, но с каким-то странным акцентом.

«Смогу ли я этим путем завоевать ваше сердце?», — спросил он.

Иван (а именно так все начали называть Джона после его приезда) получил согласие моих родителей на брак. Мне было 17 лет, и я работала разметчицей с Иваном на одном участке. Моей задачей было отмечать количество вагонеток с углем, которые вывозили лошади из шахты. Вот моя фотография, посмотрите на мою модную по тем временам прическу с огромной челкой, мы называли такую прическу «фокстрот».

Глядя на ее огромные глаза, я легко понимал, почему Иван Пинтер влюбился в Марию на первом свидании. И вместе они прожили 55 лет. У Марии с Иваном было 4 детей, 9 внуков и 9 правнуков.

Мария Пинтер

Мария Пинтер

Их старшей дочери Розалии уже 57, и она ушла на заслуженный отдых. Старший сын Игорь пошел по стопам отца, ему уже 50, но он продолжает работать на шахте Лидиевка. Младшей дочери Лидии 49, она – модистка, а младший сын Александр, которому 43, профессиональный художник. Его работы часто выставляются в различных галереях Донецка.

Иван часто говорил своим друзьям, что он был счастлив, что мог дать своим детям достойную жизнь, помогая им делать то, к чему лежит душа. Но он никогда не упоминал о том, что у него было множество учеников по всему Донбассу. Всегда он говорил, что кто-то присоединился к нему благодаря престижу шахтерского труда.

Пинтер - последнее фото

Пинтер — последнее фото

Друзья никогда не забывали о нем. Они часто навещали Пинтера, посиделки были дружными, с песнями, танцами и выпивкой, причем чаще всего пили вино, которое Иван делал из своего винограда. Дом Пинтера всегда был открыт для всех.

Друзья не забыли его и после смерти. Именно они настояли на том, чтобы новую улицу в Донецке назвали его именем.

Обсуждение в городском совете

Аркадий Бабенко, заместитель городского головы, объяснял: «Конечно же, мы удовлетворили просьбу шахтеров. Одна из улиц с новой застройкой уже носит имя Пинтера. Это будет замечательная улица со множеством деревьев, зелени и, конечно же, роз».

Озеленение и благоустройство – одно из направлений развития Донецка. Три года назад группа архитекторов получила Всесоюзную награду за проект городской застройки. А еще в городе высажены миллион кустов роз, по одному кусту на каждого жителя.

Это нелегко, признается заместитель мэра, ведь все нам приходится делать шаг за шагом. Мы в год тратим до 30 миллионов рублей, шестую часть бюджета на озеленение.

Также в городе строится до 8 000 квартир в год, но этого все еще мало. Мы пока не расширяемся, продолжает рассказ Аркадий Бабенко, мы пока застраиваем домами уже выделенные участки в пределах города. На территории города 128 терриконов, они занимают много места. Тысячи новых домов могли бы быть построены на их месте, но пока мы вынуждены не строить ближе, чем в километре, от мест терриконов, ведь они взрывоопасны. Что угодно может произойти.

«А были ли взрывы?», — звучал мой вопрос.

«Нет, но правила есть правила»,  — отвечал Бабенко. Мы работаем над проблемой терриконов, но их утилизация – это нечто новое для нас.

Кстати, улица Пинтера как раз пролегла в том месте, где когда-то высился породный отвал.

«Кто же живет на этой улице?», — был мой последний вопрос.

«Конечно же, шахтеры».

Первая часть

Вторая часть

  • Автор Борис Алексеев
  • Фотографии Юрия Абрамочкина
  • Журнал «Soviet Life» №1, январь 1982 года
  • Перевод с английского Дениса Лапина


  • (will not be published)

Подписаться на комментарии